Неточные совпадения
— Тут Костанжогло подвинулся ближе к Чичикову и, чтобы заставить его получше вникнуть в дело, взял его на абордаж, другими словами — засунул палец в
петлю его фрака.
Только одни главные ворота были растворены, и то потому, что въехал мужик с нагруженною телегою, покрытою рогожею, показавшийся как бы нарочно для оживления сего вымершего места; в другое время и они были заперты наглухо, ибо в железной
петле висел замок-исполин.
Тщательно вложил он топор в
петлю под пальто.
Старец теперь опять начал действовать, особенно после петли-то припомнился.
Такая улика!» Он сдернул
петлю и поскорей стал разрывать ее в куски, запихивая их под подушку в белье.
Во-первых, надо было
петлю сделать и к пальто пришить, — дело минуты.
Что же касается
петли, то это была очень ловкая его собственная выдумка:
петля назначалась для топора.
Он бросился стремглав на топор (это был топор) и вытащил его из-под лавки, где он лежал между двумя поленами; тут же, не выходя, прикрепил его к
петле, обе руки засунул в карманы и вышел из дворницкой; никто не заметил!
И, наконец, когда уже гость стал подниматься в четвертый этаж, тут только он весь вдруг встрепенулся и успел-таки быстро и ловко проскользнуть назад из сеней в квартиру и притворить за собой дверь. Затем схватил запор и тихо, неслышно, насадил его на
петлю. Инстинкт помогал. Кончив все, он притаился не дыша, прямо сейчас у двери. Незваный гость был уже тоже у дверей. Они стояли теперь друг против друга, как давеча он со старухой, когда дверь разделяла их, а он прислушивался.
Стараясь развязать снурок и оборотясь к окну, к свету (все окна у ней были заперты, несмотря на духоту), она на несколько секунд совсем его оставила и стала к нему задом. Он расстегнул пальто и высвободил топор из
петли, но еще не вынул совсем, а только придерживал правою рукой под одеждой. Руки его были ужасно слабы; самому ему слышалось, как они, с каждым мгновением, все более немели и деревенели. Он боялся, что выпустит и уронит топор… вдруг голова его как бы закружилась.
Он постоял над ней: «боится!» — подумал он, тихонько высвободил из
петли топор и ударил старуху по темени, раз и другой.
Эту
петлю он тоже уже две недели назад придумал.
Затем огляделся в последний раз, подобрался, оправился и еще раз попробовал в
петле топор.
И хотя бы судьба послала ему раскаяние — жгучее раскаяние, разбивающее сердце, отгоняющее сон, такое раскаяние, от ужасных мук которого мерещится
петля и омут! О, он бы обрадовался ему! Муки и слезы — ведь это тоже жизнь. Но он не раскаивался в своем преступлении.
Эта минута была ужасно похожа, в его ощущении, на ту, когда он стоял за старухой, уже высвободив из
петли топор, и почувствовал, что уже «ни мгновения нельзя было терять более».
Так и есть, так и есть:
петлю под мышкой до сих пор не снял!
В ужасе смотрел Раскольников на прыгавший в
петле крюк запора и с тупым страхом ждал, что вот-вот и запор сейчас выскочит.
Теперь же, с
петлей, стоит только вложить в нее лезвие топора, и он будет висеть спокойно, под мышкой изнутри, всю дорогу.
Погодя немного минут, баба в коровник пошла и видит в щель: он рядом в сарае к балке кушак привязал,
петлю сделал; стал на обрубок и хочет себе
петлю на шею надеть; баба вскрикнула благим матом, сбежались: «Так вот ты каков!» — «А ведите меня, говорит, в такую-то часть, во всем повинюсь».
Ух! я точнёхонько избавилась от
петли;
Ведь полоумный твой отец:
Дался ему трех сажень удалец, —
Знакомит, не спросясь, приятно ли нам, нет ли?
И я чего хочу, когда всё решено? // Мне в пе́тлю лезть, а ей смешно.
Побагровело еще сильнее красное лицо хорунжего, когда затянула ему горло жестокая
петля; схватился он было за пистолет, но судорожно сведенная рука не могла направить выстрела, и даром полетела в поле пуля.
С крыши другого дома висело вниз на веревочной
петле вытянувшееся, иссохшее тело.
И очарование разрушено этим явным, не скрываемым ни перед кем желанием и этой пошлой, форменной похвалой его искусству рассказывать. Он только соберет все мельчайшие черты, только удастся ему соткать тончайшее кружево, остается закончить какую-нибудь
петлю — вот ужо, вот сейчас…
— В стороне! Ты в стороне? Нет, кум, уж если в
петлю лезть, так тебе первому: кто уговаривал Обломова пить-то? Кто срамил, грозил?..
Минут через десять Штольц вышел одетый, обритый, причесанный, а Обломов меланхолически сидел на постели, медленно застегивая грудь рубашки и не попадая пуговкой в
петлю. Перед ним на одном колене стоял Захар с нечищеным сапогом, как с каким-нибудь блюдом, готовясь надевать и ожидая, когда барин кончит застегиванье груди.
— Верно, за дверь задели? — вдруг догадалась Агафья Матвеевна. — Вчера мазали
петли: всё скрипят. Скиньте да дайте скорее, я выведу и замою: завтра ничего не будет.
Стану я руки убийством марать,
Нет, не тебе умирать!»
Яков на сосну высокую прянул,
Вожжи в вершине ее укрепил,
Перекрестился, на солнышко глянул,
Голову в
петлю — и ноги спустил!..
Суровы наши промыслы:
Дави тетерю
петлею,
Медведя режь рогатиной,
Сплошаешь — сам пропал!
А бабам на Руси
Три
петли: шелку белого,
Вторая — шелку красного,
А третья — шелку черного,
Любую выбирай!..
— По-нашему ли, Климушка?
А Глеб-то?.. —
Потолковано
Немало: в рот положено,
Что не они ответчики
За Глеба окаянного,
Всему виною: крепь!
— Змея родит змеенышей.
А крепь — грехи помещика,
Грех Якова несчастного,
Грех Глеба родила!
Нет крепи — нет помещика,
До
петли доводящего
Усердного раба,
Нет крепи — нет дворового,
Самоубийством мстящего
Злодею своему,
Нет крепи — Глеба нового
Не будет на Руси!
Трудна солдатская жизнь, но лучше
петли.
Никто не согласился бы испытать, тверда ли
петля, своей шеею.
На вопрос мой о сем он ответствовал: — Если бы, государь мой, с одной стороны поставлена была виселица, а с другой глубокая река и, стоя между двух гибелей, неминуемо бы должно было идти направо или налево, в
петлю или в воду, что избрали бы вы, чего бы заставил желать рассудок и чувствительность?
Постоем совсем заморил, хоть в
петлю полезай.
Купцы. Так уж сделайте такую милость, ваше сиятельство. Если уже вы, то есть, не поможете в нашей просьбе, то уж не знаем, как и быть: просто хоть в
петлю полезай.
Она отклонилась от него, выпростала, наконец, крючок из вязанья, и быстро, с помощью указательного пальца, стали накидываться одна за другой
петли белой, блестевшей под светом лампы шерсти, и быстро, нервически стала поворачиваться тонкая кисть в шитом рукавчике.
Ведь это всё равно, что приговоренного к смерти держать месяцы с
петлей на шее, обещая, может быть, смерть, может быть, помилование.
Он оделся и, пока закладывали лошадей, так как извозчиков еще не было, опять вбежал в спальню и не на цыпочках, а на крыльях, как ему казалось. Две девушки озабоченно перестанавливали что-то в спальне. Кити ходила и вязала, быстро накидывая
петли, и распоряжалась.
— Успокой руки, Гриша, — сказала она и опять взялась за свое одеяло, давнишнюю работу, зa которую она всегда бралась в тяжелые минуты, и теперь вязала нервно, закидывая пальцем и считая
петли. Хотя она и велела вчера сказать мужу, что ей дела нет до того, приедет или не приедет его сестра, она всё приготовила к ее приезду и с волнением ждала золовку.
Дядя Хрисанф говорил, размахивая рукою, стараясь раскрыть как можно шире маленькие свои глаза, но достигал лишь того, что дрожали седые брови, а глаза блестели тускло, как две оловянные пуговицы, застегнутые в красных
петлях.
Плутая в
петлях улиц и переулков, во тьме, которая шелушилась все обильнее, Самгин подумал, что видеть Лютова будет очень неприятно, и окончательно решил: санитарные пункты — детская выдумка.
— Вот вам Захар, — похвально сказал старик. — Вы говорите —
петля, а он уж заскочил вперед нас…
Дергался звонарь так, что казалось — он висит в
петле невидимой веревки, хочет освободиться от нее, мотает головой, сухое длинное лицо его пухнет, наливается кровью, но чем дальше, тем более звучно славословит царя послушная медь колоколов.
Николай отворял и затворял калитку ворот, — она пронзительно скрипела; он приподнял ее ломом и стал вбивать обухом топора гвоздь в
петлю, — изо рта у него торчали еще два гвоздя.
Толстую, добрейшую бабушку свою, которая как-то даже яростно нянчилась с ним, он доводил до слез, подсыпая в табакерку ей золу или перец, распускал
петли чулков, сгибал вязальные спицы, бросал клубок шерсти котятам или смазывал шерсть маслом, клеем.
Клим Самгин смял бумажку, чувствуя желание обругать Любашу очень крепкими словами. Поразительно настойчива эта развязная девица в своем стремлении запутать его в ее
петли, затянуть в «деятельность». Он стоял у двери, искоса разглядывая бесцеремонного гостя. Человек этот напомнил ему одного из посетителей литератора Катина, да и вообще Долганов имел вид существа, явившегося откуда-то «из мрака забвения».
Ряхин тоже приуныл и, делая руками в воздухе какие-то сложные
петли, бормотал виновато...
— Вот — увидите, увидите! — таинственно говорил он раздраженной молодежи и хитро застегивал пуговки глаз своих в красные
петли век. — Он — всех обманет, дайте ему оглядеться! Вы на глаза его, на зеркало души, не обращаете внимания. Всмотритесь-ка в лицо-то!
Красный огонек угольной лампочки освещал полотнище ворот, висевшее на одной
петле, человека в тулупе, с медной пластинкой на лбу, и еще одного, ниже ростом, тоже в тулупе и похожего на копну сена.